Энциклопедия Библиотека Ссылки Карта сайта
предыдущая главасодержаниеследующая глава

(Бродская Л. И.) О моем знакомстве с Крымовым Н. П.

Николая Петровича Крымова как художника я знаю очень давно. Я еще девочкой (тогда воспитанницей хореографического училища в Ленинграде) часто любовалась его прекрасными работами, которые висели в коллекции моего отца - художника И. И. Бродского. Позднее, когда отец возглавил Академию художеств, я знаю, что учеников Николая Петровича он принимал в Академию с особенным удовольствием, высоко ценя его как художника и педагога.

В 1936 году мне много рассказывал о Николае Петровиче Крымове как педагоге Ф. П. Решетников. Я не была еще тогда его женой, работала на сцене и живописью начала заниматься только первый год. Поэтому все то, что мне старался объяснить Федор Павлович о природе преподавания Крымова, я не в состоянии была понять, и многое мне показалось даже странным. Однако когда я все это рассказала своему отцу, то он выслушал с большим интересом и одобрением.

В 1939 году, после смерти моего отца, Решетников пригласил меня в Тарусу приехать отдохнуть. В то лето там жило много художников.

Жить в Тарусе было для всех особенно привлекательно благодаря пребыванию там Крымова. Дом, в котором жил Решетников, был напротив дома Николая Петровича, и виделись мы с ним ежедневно.

Когда я приехала в Тарусу, то в этот же день Федор Павлович повел меня на дачу к Екатерине Николаевне и Николаю Петровичу Крымовым. Николай Петрович произвел на меня большое, неизгладимое впечатление. Это был замечательный человек. Слушать его можно было бесконечно. Когда он говорил, то запоминалось каждое слово. В тот год я все еще работала на сцене, и учебу приходилось совмещать с работой актрисы. Однако то, что мне тогда пришлось услышать от Николая Петровича, я запомнила на всю жизнь.

Как все начинающие художники, я хотела писать как можно скорее сложные пейзажи, которые были мне, конечно, не под силу. Однажды в Тарусе я писала такой сложный мотив, помню, как подошел Николай Петрович, долго смотрел на то, что я пишу, а потом сказал: "Вот, видите там эту мусорную кучу. Ну вот и попробуйте ее написать". Я была поражена таким предложением и ответила: "Но ведь это же будет скучно писать!" "Тогда пригласите джаз", - сказал Николай Петрович. Мы оба засмеялись.

Однако в этом замечании и предложении написать "мусорную кучу" был заложен большой смысл. Правдивость изображения даже самого неприглядного мотива является большим качеством, нежели сложный и эффектный сюжет, но плохо и неправдиво написанный. Об этом всегда говорил Николай Петрович. Он требовал самого внимательного и честного изучения натуры. Он говорил, что и к дереву в пейзаже надо так же честно относиться, как к человеческому лицу, то есть передавать его предельно точно по рисунку.

От Крымова я узнала, что такое тон; от него я узнала все то, без чего не мыслю живопись.

К сожалению, мои первые шаги в живописи совпали с тяжелой болезнью, а затем и смертью отца; как педагог он не смог мне дать всего того, что я могла бы от него получить. Поэтому я особенно ценила всегда то счастье, которое выпало на мою долю - знакомство с Н. П. Крымовым, его расположение и внимание ко мне, его ценные указания, сыгравшие огромную роль в моем развитии художника.

Я считаю себя ученицей Николая Петровича, горжусь этим и всегда сохраняю о нем самую светлую память.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Пользовательского поиска






© Алексей Злыгостев, подборка материалов, разработка ПО 2001–2012
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://biography.artyx.ru "Биографии мастеров искусств"

Рейтинг@Mail.ru